то место Бохим (boḵim «плач»). И принесли они там жертву Яхве.
(Суд. 2, 1—5)
Место с названием Бохим не встречается больше нигде в Еврейской Библии, но некоторые рукописи Септуагинты упоминают здесь (в качестве пояснительной глоссы?) Вефиль. «Восхождение» (wayya‘al) подразумевает паломничество, а по другим текстам ЕБ можно заключить об обычае паломничества в Вефиль из Галгала (galgal «круг» – так называлось у иудеев круглое капище из поставленных отвесно камней). В Книге Судей плач упоминается ещё только один раз, и именно в связи с Вефилем (Суд. 20, 26; 21, 2—4), причём почти теми же словами: «и подняли голос свой, и плакали» (wayyiśə’u qolam wayyiḇku) (в связи с Вефилем плач упоминается также в Быт. 35, 8 и Зах. 7, 2—3). На этом основании можно заключить, что Бохим в этом рассказе – Вефиль.
Ст. 1a и 5b в приведённом отрывке принадлежат Яхвисту и представляют теофанию Яхве в Вефиле, сходную с его явлением Иакову в Быт. 28, 13—16. Остальная часть текста принадлежит руке девтерономического автора. Выводящий евреев из Египта «посланец Яхве», тождественный самому Яхве, упоминается в Исх. 23, 20—24 и Числ. 20, 16.
Вефиль является центральным местом в рассказе Книги Судей о войне против колена Вениаминова, представляющего собой девтерономическое сочинение в последующей жреческой редакции (подчёркнутые ст. 27b-28a являются жреческой вставкой):
18. И встали и поднялись (wayya‘lu) в Вефиль, и вопрошали бога (’elohim) и сказали сыны Израилевы: кто из нас прежде поднимется на войну с сынами Вениамина? И сказал Яхве: Иуда прежде.
(Суд. 20, 18)
26. И поднялись (wayya‘lu) все сыны Израилевы и весь народ, и пришли в Вефиль, и плакали и сидели там перед лицом Яхве, и постились в тот день до вечера, и вознесли всесожжения и мирные жертвы перед лицом Яхве,
27. и вопрошали сыны Израилевы Яхве, ибо там был ковчег завета бога (’aron bərit ha-’elohim) в те дни
28. и Финеес, сын Елеазара, сына Ааронова, предстоял перед лицом его в те дни, говоря: выходить ли мне ещё на сражение с сынами Вениамина, брата моего, или нет? И сказал Яхве: поднимайтесь, ибо завтра я предам его в руки твои.
(Суд. 20, 26—28)
2. И пришёл народ в Вефиль, и сидели там до вечера перед лицом бога (ha-’elohim), и подняли голос свой, и плакали (wayyiśə’u qolam wayyiḇku) плачем великим,
3. и сказали: Яхве, боже Израилев! для чего случилось это в Израиле, что не стало теперь у Израиля одного колена?
4. На другой день встал народ поутру, и построили там жертвенник, и вознесли всесожжения и мирные жертвы.
(Суд. 21, 2—4)
Любопытно, что этот текст выглядит настоящей жреческой апологией Вефиля. Он является законным местом для жертвоприношений Яхве (всесожжений и мирных жертв), в нём служит внук Аарона Финеес, только после оракула которого остальным коленам удаётся наконец-то одержать победу над коленом Вениаминовым. В Вефиле также находится ковчег Яхве. Это противоречит девтерономическому повествованию в 1-й Книге Царств, согласно которому ковчег после завоевания израильтянами Ханаана постоянно находился в Шило (Силоме) (1 Цар. 1, 3; 3, 3; 4, 3—4), пока не был захвачен филистимлянами. Когда последние его вернули, он был поставлен в Кириаф-Иариме (1 Цар. 14, 18), а потом перенесён Давидом в Иерусалим (2 Цар. 15, 29). В истории Давида и Соломона Вефиль вообще ни разу не упоминается, поскольку девтерономисты к нему враждебны.
Ещё одним проявлением враждебности к Вефилю является девтерономический рассказ об изготовлении золотого тельца, представляющий собой проекцию в легендарное прошлое культовой практики Вефильского святилища:
1. Когда народ увидел, что Моисей долго не сходит с горы, то собрался к Аарону и сказал ему: встань и сделай нам богов (’elohim), которые бы шли (yeləḵu) перед нами, ибо с этим человеком, с Моисеем, который вывел нас из земли Египетской, не знаем, что сделалось.
2. И сказал им Аарон: выньте золотые серьги, которые в ушах ваших жён, ваших сыновей и ваших дочерей, и принесите ко мне.
3. И весь народ вынул золотые серьги из ушей своих, и принесли к Аарону.
4. Он взял [золото] из рук их, и обделал (wayyaṣar) его резцом (ḥereṭ), и сделал из него тельца, кузнечную работу (masseḵa). И сказали они: Вот боги твои, Израиль, которые вывели тебя из земли Египетской (’lh ’lhyk yśr’l «šr h‘lwk m’rṣ mṣrym)!
5. И увидел Аарон, и поставил перед ним жертвенник, и провозгласил Аарон, говоря: Завтра праздник Яхве (ḥg lyhwh).
6. На другой день они встали рано и принесли всесожжения и привели жертвы мирные: и сел народ есть и пить, а после встал играть (ṣaḥeq).
(Исх. 32, 1—6)
Таким образом, у нас имеются два повествования, связывающие Ааронидов с Вефилем: одно благожелательное, происходящее из Жреческого (предположительно ааронидского) источника (Суд. 20, 26—28), другое – девтерономическое – враждебное (Исх. 32, 1—6). Девтерономические авторы выражали интересы жреческого рода Цадокидов (Садокидов), имевшего автохтонное иерусалимское происхождение и первоначально никак не связанного с коленом Левия и Ааронидами (к колену Левия и потомкам Аарона он был приписан задним числом в послепленную эпоху). Из потомства Левия происходили жреческие роды северного, Израильского царства – Мушиды (потомки Моисея) в Дане, Элиды в Шило (Силоме) и, вероятно, Аарониды в Вефиле.
Противоположное отношение к Вефилю в Девтерономическом и Жреческом источниках может отражать ситуацию второй половины VI в. до н.э., когда после разрушения Иерусалимского храма Вефильское святилище вернуло себе роль основного центра яхвистского культа во главе с жрецами из потомков Аарона.
Вефиль, среди прочего, был важным центром пророчества в Израиле. Впервые в этом качестве он выступает в уже приведённом рассказе о пророчестве Финееса в отношении победы над коленом Вениаминовым. В сходном контексте он упоминается в рассказе о Сауле. Помазав Саула царём над Израилем, пророк Самуил приказывает ему:
3. …Придёшь к дубу Фаворскому, и встретят тебя там три человека, поднимающихся («olim) к богу (ha’elohim) в Вефиль: один несёт трёх козлят, другой несёт три хлеба, а третий несёт мех с вином;
4. и будут приветствовать они тебя и дадут тебе два хлеба, и ты возьмёшь из рук их.
5. После того ты придёшь на холм божий (giḇ‘at ha’elohim), где охранный отряд филистимский; и когда войдёшь там в город, встретишь сонм пророков (ḥeḇel nəḇi’im), сходящих с высоты (habbamah), и перед ними псалтирь (neḇel), и тимпан (top̄), и свирель (ḥalil), и гусли (kinnor), и они неистовствуют (mitnabbə’im);
6. и овладеет (ṣalḥa) тобою дух Яхве (ruaḥ yhwh), и ты будешь неистовствовать (hitnabbita) с ними и обратишься в иного человека (wənahpaḵta lə’iš ’aḥer).
…
9. И когда [Саул] повернул спину свою, чтобы идти от Самуила, обратил (wayyahap̄aḵ) ему бог (’elohim) сердце в иное (leḇ ’aḥer), и сбылись все те знамения (ha’otot) в тот же день.
10. И когда пришли они туда к холму (haggiḇə‘ata), вот, встречается им сонм пророков, и овладел (tiṣlaḥ) им (т. е. Саулом) дух божий (ruaḥ ’elohim), и он неистовствовал (yitnabbe’) среди них.
…
13. И перестал он неистовствовать (hitnabbot), и пошёл на высоту (habbamah).
(1 Цар. 10, 3—6, 9—10, 13)
В этом рассказе прямо не называется город, в котором Саул превращается в пророка, однако он открывается сообщением о трёх паломниках, идущих в Вефиль, чтобы принести там жертвы. Саул присоединяется к ним и получает от них два жертвенных хлеба. Рассказ обрывается на словах о том, что Саул поднимается на высоту, – очевидно, с целью принести эти хлебы в жертву. Отсюда следует, что городом, в котором произошло обращение Саула, был Вефиль, название которого могло быть здесь цензурировано девтерономическими редакторами.
Вефиль присутствует в жизнеописаниях пророков Илии и Елисея:
1. В то время, как Яхве восхотел вознести Илию в вихре на небо, шёл Илия с Елисеем из Галгала.
2. И сказал Илия Елисею: останься здесь, ибо Яхве посылает меня в Вефиль. Но Елисей сказал: жив Яхве и жива душа твоя! не оставлю тебя. И спустились они в Вефиль.
3. И вышли сыны пророков, которые в Вефиле, к Елисею и сказали ему: знаешь ли, что сегодня Яхве вознесёт господина твоего над главою твоею? Он сказал: я также знаю, молчите.
